Записки старушки Мадикен

Декабрь 12, 2013

Площади будущих пирамид. Н. Марков

Filed under: Uncategorized — Метки: , — Записки старушки Мадикен @ 09:35

Вы, конечно, знаете о грандиозных пирамидах Египта, которые строили фараоны для прославления себя и сохранения своих трупов, заставляя над их постройкой трудиться десятками тысяч покоренных народов?
Вы знаете, также, что какудинн, заполняли в Риме целые комнаты че­ловеческими кошта я и разлагающимися трупами своих мертвецов, разносивших зло­вонна и заразу по всему городу, ножа, на­конец, новое гражданское правительство Ри­ма не запретило им продолжать эти вредные приемы внушения на сердца ■ богомольных посетителей.

Вы знаете и то, что мусульманские мечети так же, как и русские православные церкви, очень любят сохранять останки своих основателей (священников и церковных старост) около церковной ограды ради возбуждения религиозных чувств.
Не то же ли подражание другим фараонам, капуцинам или религиозным обществам мы наблюдаем теперь, когда желают увековечить имя Свердлова? Правда, несколько иное, более «дешевое» подражание, но по существу носящее один и тот же характер.

Красная площадь, центр Москвы, стала у нас, людей более культурных, чем древние площадью трупопоклонства, заразы и нового гражданского молитвенного двора, кремлевская же стена — священной оградой.

Что, в сущности говоря, преследует Со­ветское правительство, устраивай торжест­венные похороны, дорогие памятники и т.д. расходуя на это десятки тысяч народны.? денег.

Говорят, что это — отдача последнего долга умершему. Полно вам заблуждаться! Так ли все это в самом деле, да и требовали ли от вас все погребенные у Кремлевской стены исполнения этого долга? Да и последний ли это долг, отдавши который, вы больше не бу­дете помнить о „заимодавце».

Как видно мы здесь дело змеем не е дол­гом и не с последним.

Ведь торжественными похоронами не исчерпывается отдача долга, — газеты сообщают, что постановлено соорудить памятник, переименовать Театральную площадь, построить Пролетарский университет его же имени и т.д.
Здесь и конца не видно этому «последнему долгу» по отношению к гниющему, никому не нужному трупу.

Посмотрим, что же скрывается за этим пресловутым долгом. Быть может это случай для украшения столицы лишним художествен­ным памятником? О, нет! Царские памят­ники далеко не удовлетворяли художествен­ным требованиям, а о них писалось, что они поставлены «любовию народа». Тогда была одна цель—внушить народу ува­жение и почитание к царской власти. То же самое преследовалось, преследуется и будет преследоваться всякой властью при ее стремленни сооружать памятники своим предста­вителям. Народу внушается, что власть есть все, что без нее не может обойтись ни один человек и что носителя власти есть великие люди перед которыми необходимо преклоняться и чтить их как при их жизни, так и после смерти, — ибо это внушение помогает внушителям продержаться еще некоторое время, пока народ окончательно не поймет, что можно обойтись без этих внушителей, без власти.

 

 

И кто только не старается внушить на­роду о своей святости, о своем величин: то представителя церкви, открывающие свои мощи, то представители власти, строющие „пирамиды»!

Если ли смысл в этом обожании трупа и места, где он лежит, нужно ли все это?
Предо мною первые дни октябрьской революции, когда казалось бы все должно было переродиться, когда всему старому был нанесен смертельный удар… и что же? То там, то здесь стало слышно, что такая то улица названа Ленинской, такое то учреждение имени Маркса и т.д. Как то не верилось… Хотелось думать, что если не в низах, то вверху, сам Ленин откажется от этих «почестей», пережитков худших времен. Чаяния, однако, не оправдались и скоро мы стали свидетелями повсеместного переименования улиц, площадей, домов, волостей, литературных поездов, красноармейских частей, бронепоездов, и т.д. имени Маркса, Ленина, Троцкого, Володарского, Урицкого и т.д.

Таковы были первые признаки духовного убожества при установлении новой власти.

Я не ставлю себе задачей говорить здесь подробно о том, что каждая власть создает своих божков и что, следовательно, всесто­ронний расцвет личности не может быть мыслям при существовании государства,— я хочу лишь остановиться на вопросе о гражданских похоронах.

18-го марта с. г. состоялись похороны первого председателя В. Ц. И. Е. Я. М. Сверд­лова,—эти похороны наиболее характерны для затронутаго нами вопроса.

Казалось-бы, что порвавши с церковью и ее обрядами, большевики должны были со­вершенно исключить похороны из своего обихода, но напротив, мы наблюдаем полную аналогию похорон гражданских с церков­ными.

Для трупа вождя отвези колонный зал одного из лучших домов — дома Союзов, по­ставили почетный караул из членов В. Ц. И. К. е дежурством каждого по часу, труп набаль­замировали и устроили торжественные похо­роны.

Нескончаемой цепью тянутся ряды войск, народа, делегаций, знамен, оркестров, вен­ков „под тихий звон металлических лавро­вых листьев» (так и хочется сказать: „под тихий звон церковной колокольни» см. „Из­вестия» № 60).

Похоронили… Решено соорудить на месте могилы дорогой памятник во главе покоя­щихся рабочих и солдат… Выть может хоть здесь проглянет равенство? Но нет! И здесь бывший носитель власти станется выше пав­ших рабочих, тех рабочих, которые прокла­дывали путь новой власти, путь Свердлову. Как будто они меньше любили революцию и меньше сделали для народа, первые подняв знамя восстания?!!

Пройдут года… Умрет еще не один президент и не один председатель, быть может, их еще более прославит «придворная клика» и создаст им на той же «Красной» новые, более величественные памятники, и так вся Красная площадь будет площадью мертвецов — президентских и председательских гробниц, площадью будущих пирамид».

Провинция, чутко прислушивающаяся к  „культурному» центру, не замедлит пойти по тем же стонам; там и теперь, в центре го­рода, вы встретите братские могилы; умрет председатель Совета в N-ом местечке и ему также поставят видающийся памятник, а в итоге – через несколько лет, все централь­ные площади городов Республики превратят­ся в площади маленьких ж больших пирамид. При в’езде в город вас будет обдавать трупный запах, преследовать вечный призрак власти и рисоваться картина, вечно связы­вающая с минувшим, тек минувший, кото­рое, останавливая человека у заброшенной дороги прошлого, удерживает его от порывов вперед-—к новым невидимым далям…

А в дни годовщин вы услышите похорон­ный марш, увидите людей с траурными по­вязками, с опущенными знаменами и печаль­ными лицами…

Так человек создаст себе нового кумира, который властвуя при жизни и после смерти, еще долго будет требовать оплаты „последнего долга».

Забыт старый мир гнета, мрака и невежества. Сброшены старые призраки — царские памятники, их место занимают под новые, президентские, которые в свою очередь потом будут снова сбрасывать и, быть может, снова ставить, пока, наконец, народ не осознает, что этим он создает себе все те же узы рабства, перекрашивающиеся, в зависимости от условий момента, то в красный, то в белый или желтый цвет.

Долг отдают лишь живым людям, лишь при жизни необходимо заботиться об усло­виях, благоприятствующих существованию каждого и нужно было при жизни притти на помощь больному со всеми, имеющимися в нашем распоряжении средствами, а если умер и стал трупом, скорее сожгите его или заройте поглубже. Не все ли равно чей это труп — председателя или рядового работника, зачем же труд первого бальзамировать, одевать в лучшие одежды, класть в богатый гроб, ставить памятник и т.д.?

И вот, в то время, когда из нашей груди вырываются крики негодования против всего перечисленного—в этот момент вы видите в стене Малого театра и Москве уродливое изображение П.Кропоткина и слышите о предполагающейся постройке памятника тому, кто всегда был противником этих почестей и славы.

О! Если-б знал он, что ему, Бакунину, люди власти думают соорудить памятник,— каким громким смехом ответил бы он на их почесть!!.

Как они грязнят его, создавая ему то, против чего он всю жизнь восставал, клеймя

неправдой все эти преимущества — славу, чины, властолюбие—все эти традиции и предрассудки старого, извращенного мира! Памятник… поставить памятник тому, кто всю жизнь вел, как подвижник революции— среди миллиона опасностей и лишений, тю­рем к ссылок, кто всю жизнь пренебрегал все» тем, что бы .могло отделить его от ря­дового работника…

И его последователи отлично поняли его.,. Они поняли, что- достойный способ чтить его намять—продолжать начатую им борьбу против власти, за идеалы Анархии, е тем упорством н энергией, которые вдохновляли Михаила Александровича…

На Бернском .кладбище, где лежит его прах—лить простои камень с именем отли­чает место его погребения. И друзья и по­следователи никогда не дерзнут воздвигнуть ему тщеславного памятника, который бы мог нанести великое оскорбление Могучему Бун­тарю.

„Им памятник построен их руками,

Он—баррикада». (А. Уранский).

И все те, жому мерзки эти новые кумиры, новые божки, затемняющие рассудок народа, заставляющие раболепствовать перед этими статуями все они—должны будить созна­ние народное и восставать не только про­тив церковных памятников и: мощей, но и против гражданских мощей и пирамид.

Создайте Революцию Духа!

Ничто не должно сковывать народной свободы, никаких божков, никаких условно­стей! В будущую, жизнь, жизнь в Анархии, народ должен притчи, минуя пирамиды!

Ничего  прошлому!

Все  будущему!!!

Близок час народного гнева и в этот час он порвет все условности, все гнетущее, вез властнее и те памятники, которые воздви­гаются теперь. Народ Бунтарь также сотрет с лица земли, как некогда памятники царей и генералов.

«Жизнь и творчество русской молодежи» № 26-27 1919 год

 

Реклама

Декабрь 11, 2013

Накаркали

Filed under: Uncategorized — Метки: , — Записки старушки Мадикен @ 20:18
  • 11 дек, 2013 в 16:14
двадцатые

В № 26-27 анархистской газеты «Жизнь и творчество русской молодежи» за 1919 год появилась статья главного редактора Н.Маркова «Площади будущих пирамид». Так как я ее умудрилась сосканировать в pdf и теперь не знаю, как целиком ее грузануть сюда, то приведу несколько цитат.

«Вы, конечно, знаете о грандиозных пирамидах Египта, которые строили фараоны для прославления себя и сохранения своих трупов, заставляя над их постройкой трудиться десятками тысяч покоренных народов?
Вы знаете, также, что капуцины, заполняли в Риме целые комнаты человеческими костями и разлагающимися трупами своих мертвецов…
Вы знаете и то, что мусульманские мечети так же, как и русские православные церкви, очень любят сохранять останки своих основателей (священников и церковных старост) около церковной ограды ради возбуждения религиозных чувств.
Не то же ли подражание другим фараонам, капуцинам или религиозным обществам мы наблюдаем теперь, когда желают увековечить имя Свердлова?

Красная площадь, центр Москвы, стала у нас, людей более культурных, чем древние площадью трупопоклонства, заразы и нового гражданского молитвенного двора, кремлевская же стена — священной оградой.

Свернуть )

…торжественными похоронами не исчерпывается отдача долга, — газеты сообщают, что постановлено соорудить памятник, переименовать Театральную площадь, построить Пролетарский университет его же имени и т.д.
Здесь и конца не видно этому «последнему долгу» по отношению к гниющему, никому не нужному трупу.
Народу внушается, что власть есть все, что без нее не может обойтись ни один человек и что носителя власти есть великие люди перед которыми необходимо преклоняться и чтить их как при их жизни, так и после смерти, — ибо это внушение помогает внушителям продержаться еще некоторое время, пока народ окончательно не поймет, что можно обойтись без этих внушителей, без власти.
Если ли смысл в этом обожании трупа и места, где он лижет, нужно ли все это?
Предо мною первые дни октябрьской революции, когда казалось бы все должно было переродиться, когда всему старому был нанесен смертельный удар… и что же? То там, то здесь стало слышно, что такая то улица названа Ленинской, такое то учреждение имени Маркса и т.д. Как то не верилось… Хотелось думать, что если не в низах, то вверху, сам Ленин откажется от этих «почестей», пережитков худших времен. Чаяния, однако, не оправдались и скоро мы стали свидетелями повсеместного переименования улиц, площадей, домов, волостей, литературных поездов, красноармейских частей, бронепоездов, и т.д. имени Маркса, Ленина, Троцкого, Володарского, Урицкого и т.д.
(…)
Пройдут года… Умрет еще не один президент и не один председатель, быть может, их еще более прославит «придворная клика» и создаст им на той же «Красной» новые, более величественные памятники, и так вся Красная площадь будет площадью мертвецов — президентских и председательских гробниц, площадью будущих пирамид».

Повторяю, это 1919 год, и это только малая часть статьи. 

 
И еще: «Долг отдают лишь живым людям, лишь при жизни… а если умер и стал трупом, скорее сожгите его или заройте поглубже. Не все ли равно чей это труп — председателя или рядового работника, зачем же труд первого бальзамировать, одевать в лучшие одежды, класть в богатый гроб, ставить памятник и т.д.?»

Июль 17, 2013

Памятник Ивану Федорову. Начало

Filed under: Uncategorized — Метки: , , , — Записки старушки Мадикен @ 15:36

Меня ужасно расстраивает жж. Он плохо работает, и частенько, когда я пытаюсь его загрузить у меня обрушивается гугл. Это раздражает. Но жж — это то, где мне нравится писать и поэтому я буду писать здесь, а тексты можно хранить где угодно, и на вордпрессе, и в блогах гугла.
Так вот.
Я хочу поговорить о памятнике. Это, на мой взгляд, самый московский, самый камерный и домашний памятник, который есть в столице. И еще — это прекрасный памятник, который можно узнать по силуэту. Его можно использовать, как логотип, экслибрис, сделать его печатью. Причем почти с любого ракурса. Может быть, это только мое мнение, но я так думаю.
Это памятник Ивану Федорову, первому московскому печатнику.

памятник Ивану Федорову

На самом деле споры идут до сих пор, и о том, были ли Иван Федоров первым, был ли он московским, была ли его книга «Апостол» — первым печатным изданием в Москве, да и в России. На все эти вопросы мы с уверенностью можем сказать «нет». И книги были, и люди были, и печатные книги по Москве ходили. Но дело было в том, что имя Ивана Федорова — первое уверенно дошедшее до нас имя человека, занятого печатанием книг. Имя, связанное с историей московского книгопечатания, с московской типографией, имя человека, имеющего биографию, и биография эта говорит о том, что книгопечатание было для Ивана Федорова самой жизнью. А «Апостол» — это первая книга со временем и пространством. Это книга, в которой указано место печати и год издания. Тогда это называлось «выход». Первая книга «с выходом» — «Апостол». Книга, которая была не просто первой, а была эталоном печатной книги. Последующие книги брали ее за образец. Это была книга-модель, первоисточник для книг. Поэтому и Иван Федоров, поэтому и «Апостол». Поэтому и пришли в 1869 году представители синодальной типографии в Московское Археологическое общество с ходатайством об увековечивании памяти первого книгоиздателя в Москве. И завертелась история. До появления памятника оставалось 40 лет, но отсчет пошел.

Итак, Московское Археологическое Общество. Оно появилось в Москве и было занято сохранением московских древностей и привлечением внимания к московской старине. Председателем общества был историк, археолог и большая умница граф А.С.Уваров.

Граф А.С.Уваров

Вокруг себя он объединил историков, архитекторов, художников, скульпторов, археологов и всех неравнодушных к Москве. Работа выражалась в том, что представители общества пытались сохранять, а так же ремонтировать памятники старины. То, что мы сейчас можем любоваться палатами Аверкия Кириллова, церковью Рождества Богородицы в Путинках, Крутицким подворьем, это и их заслуга. На самом деле до революции к Москве относились отнюдь не с большим почтением, чем сейчас. Тогда даже законодательства никакого на этот счет не существовало, и разговоров на тему «безжалостного разрушения», «неумелого использования» и так далее тогда велось не меньше. Доходные дома загораживали виды, вывески портили стены, неудачные ремонты разрушали. Ничего не изменилось. Комиссия, созданная при Археологическом Обществе, металась от памятника к памятнику, ругалась, пыталась реставрировать, фотографировать, обмерять, чтоб хоть что-то сохранилось.

Но я отвлеклась.
4 января 1870 года на торжественном заседании Общества произносились речи об Иване Федорове, о книгопечатании, о Москве, о памяти. В конце концов решили собирать деньги по подписке и памятник ставить. Это как нельзя более подходило под деятельность Общества — «возбуждению сочувствия к остаткам старины русской, разработке разных вопросов, касающихся произведений русского духа, русского искусства и уничтожению среди общей массы народонаселения равнодушия к этим произведениям».
А в Журнале народного просвещения появилась статья М.П.Погодина об Иване Федорове…
Продолжение будет
</lj-cut>

Октябрь 26, 2012

Маяковский Владимир Сергею Есенину

Filed under: Uncategorized — Метки: , , , , — Записки старушки Мадикен @ 13:44

Еще два современника, два полюса, два голоса. Они пробовали договориться и поработать вместе, но лучше у них получались диспуты в Политехническом. Вместе хорошо было спорить и соперничать, сотрудничать вместе не сложилось.
В декабре 1925 году Есенина не стало, а в 1926 в Тифлисе, в типографии » Заря Востока » вышла книжка Маяковского «Сергею Есенину», оформленная А.Родченко.

Вы ушли,
как говорится,
в мир иной.

(more…)

Октябрь 25, 2012

история одного портрета

Filed under: Uncategorized — Метки: , , , — Записки старушки Мадикен @ 17:27

Два современника, жившие в Москве 20-х: Маяковский и Булгаков. Они все видели по-разному. Бродя по одним и тем же улицам, они смотрели на них каждый по-своему.

Подробности полемики и самый редкий портрет Булгакова

Октябрь 18, 2012

Защищено:

Filed under: Uncategorized — Метки: , — Записки старушки Мадикен @ 16:04

Это содержимое защищено паролем. Для его просмотра введите, пожалуйста, пароль:

Октябрь 10, 2012

Зима в душе

Filed under: Uncategorized — Метки: , , , , — Записки старушки Мадикен @ 07:46

Наверное, этот рассказ можно считать продолжением вот этого рассказа
Сегодня 10 октября — день психического здоровья. Этот день психические больные считают своим. У нас в центре всегда был концерт, который они готовили своими силами.

Итак…

«Теперь я буду писать о зиме…»
Есенин из разговора с Наседкиным

Не прошло и ста лет с тех пор, как Софья Андреевна Толстая уехала в Ясную Поляну и покинула уютную и не очень любимую усадьбу в Хамовниках. А уже в 1925 году у соседних с усадьбой ворот клиники оказалась ее внучка – Софья Андреевна Толстая-Есенина.

(more…)

Октябрь 9, 2012

В 1920 ей исполнилось 28 лет…

Filed under: Uncategorized — Метки: , , , — Записки старушки Мадикен @ 07:49

Самый пронзительный рассказ про Цветаеву, наверное, у Федора Степуна:

Осенью 1921-го года мы шли с Цветаевой вниз по Тверскому бульвару. На ней было легкое затрапезное платье, в котором она, вероятно, и спала. Мужественно шагая по песку босыми ногами, она просто и точно рассказывала об ужасе своей нищей, неустроенной жизни, о трудностях как-нибудь прокормить своих двух дочерей.

Мне было страшно слушать ее, но ей было не странно рассказывать: она верила, что в Москве царствует не только Ленин в Кремле, но и Пушкин у Страстного монастыря. «О, с Пушкиным ничто не страшно».
Идя со мною к Никитским воротам, она благодарно чувствовала за собою его печально опущенные, благословляющие взоры.

Даже и зимой, несмотря на голод и холод, она ночи напролет читала и писала стихи. … В мансарде 5 градусов Реомюра (маленькая печурка, так называемая «буржуйка», топится не дровами, а всяким мусором, иной раз и старыми рукописями).
Марина, накинув рваную леопардовую шубенку, сидит с ногами на диване; в черной от сажи руке какая-нибудь заветная книжка, страницы которой еле освещены дрожащим светом ночника…

Как она встречала свой 28-й, 29-й день рождения. Помнила ли о нем? Как она, дочь Ивана Цветаева, создавшего для Москвы Музей, бродила по темным улицам Города, усеянного лошадиными трупами.

Сентябрь 27, 2012

Точка, тире — тире, точка…

Filed under: Uncategorized — Метки: , , — Записки старушки Мадикен @ 11:08

Если бы тетка Александра Герцена княгиня Хованская увидела, что во дворе ее особняка, который она унаследовала от тетушки Мещерской, стоит памятник непутевому племяннику, она была бы возмущена не меньше, чем химическими опытами другого племянника Александра Яковлева, который превратил усадьбу на Тверском бульваре в химическую лабораторию. Но вот наличие в доме телеграфа, да еще датского ей даже в страшном сне не могло присниться.

(more…)

Сентябрь 25, 2012

Башня

Filed under: Uncategorized — Метки: , — Записки старушки Мадикен @ 11:14

Революционные стихотворения в прозе писал не только М.Горький. Был такой поэт А.Гастев, писал стихи в прозе, печатался в журналах и газетах. Анкету можно зачитывать в фильме А ля Штирлиц: член ВКПб, создатель и руководитель Центрального института труда. Идеолог Пролеткульта, квартира в Камергерском переулке в «Доме писательского кооператива». Это вам не 6 метров писательского общежития. Так вот.

Башня Татлина произвела на него неизгладимое впечатление, и вот результат (не целиком). 1923 год.

На жутких обрывах земли, над бездною страшных морей выросла башня, железная башня рабочих усилий.
Долго работники рыли, болотные пни корчевали и скалы взрывали прибрежные.
Неудач, неудач сколько было, несчастий!
Руки и ноги ломались в отчаянных муках, люди падали в ямы, земля их нещадно жрала.
Сначала считали убитые, спевали им песни надгробные. Потом помирали без песен провальных, без слов. Там, под башней, погибла толпа безымянных, но славных работников башни.
И все ж победили… и внедрили в глуби земля тяжеленные, плотные кубы бетонов-опор.
Бетон, это — замысел нашей рабочей постройки, работою, подвигам, смертью вскормленный.

(more…)

Older Posts »

Блог на WordPress.com.