Записки старушки Мадикен

Декабрь 11, 2013

Государство и Искусство Вадима Шершеневича

Filed under: Uncategorized — Метки: , , — Записки старушки Мадикен @ 21:32

  В анархистской газете «Жизнь и творчество русской молодежи». 1919. No 28-29. С. 5. Есть интересная статья Вадима Шершеневича. Когда издавали Шершеневича в 90-х или 2000-х статью упомянули, даже напечатали, скорее процитировали, но убрали самую умную часть, а оставили только агитационно-прокламационную. Я хочу, чтобы сейчас она находилась в интернете целиком. Итак, Вадим Шершеневич «Искусство и Государство».

 

Мы переживаем тяжелую эпоху искусства. Искусство сковано и убито слишком большим вниманием к нему государства.

В то время, как государство добилось отделения церкви от государства, отделение от государства искусства – еще вопрос будущего.

Искусство не может свободно развиваться в рамках государства. Государство вообще есть тот шаблон земного шара, от которого не хватает смелости избавиться.

Если уже даже люди наиболее несвободные существа – поняли, что государство пережиток, слепая кишка современности, то как было не почувствовать этого искусству, самому свободному проявлению души и мозга?!

В чем же выражается дурное влияние государства на искусство?

Прежде всего в том, что государству нужно для свих целей искусство совершенно определенного порядка, и оно поддерживает только то искусство, которое служит ему хорошей ширмой. Все остальные течения искусства запираются.

Государству нужно не искусство исканий, а искусство пропаганды. И вот мы видим, что государство поддерживает всяких демьянов бедных и так называемых «пролетарских поэтов», которые не несут никаких новых завоеваний ни в области формы, ни в области идеологии. Они просто не умеют писать и переповторяют старенькими виршами азбуку социализма. Но разве это дело искусства? В чем же тогда разница между стихами и фельетоном газеты?!

Однако, государство и не может не поддерживать именно это тенденциозное искусство, так как для целей государства только оно и нужно.

Я далек от мысли предполагать, что только борьбой различных поэтических течений создается искусство исканий. Нет! Это борьба, это Учредительное Собрание всех школ только парализует искусство.

Но как только искусство будет отделено от государства, одно из течений возьмет в свои руки власть и будет диктатором пока его не свергнут. И в этот период диктатуры, пока остальные школы будут напрягать свои силы для свержения диктатуры, это диктаторское течение будет свободно творить.

— Вот этой опасности государства для искусства и не учел ныне благополучно гибнущий футуризм, оплеванный государством. Он напрягает последние силу для того, чтобы получить признание от государства.

А сейчас начинается так часть, которую уже давно можно найти в книгах и интернете.  

Мы, имажинисты, — группа анархического искусства — с самого начала не заигрывали со слоновой нежностью … с термином, что мы пролетарское творчество, не становились на задние лапки перед государством.

   Государство нас не признает — и слава Богу!

   Мы открыто кидаем свой лозунг: Долой государство! Да здравствует отделение государства от искусства.

   Наши следующие лозунги:

   Да здравствует диктатура имажинизма!

   Долой критику, эту гадалку-спекулянтку от искусства. Она не нужна ни творцам, ни читателям.

   Поэзия — не вдохновение, а ремесло и почетна именно как трудное мастерство ремесла. Мы отрицаем вдохновение и интуицию. Мы признаем ремесло и знание.

   Мы считаем, что поэзия должна быть урбанистической, т.е. городской, но наш урбанизм — это не писание о городе, а писание по-городскому.

   Высший динамизм — в уничтожении глагола, который приковывает все к определенному времени. И если мы еще допускаем глаголы, то в наиболее нейтральном виде: в неопределенном наклонении. Вообще грамматику следует или забыть, или реформировать. Мы изобрели, напр., причастия будущего времени («придущий», т.е. тот, который придет). Мы уничтожаем постепенно существительные типа прилагательных, как «голубизна», «коричневость», заменяя их существительными чистого вида: «голубь», «коричь» (или «коричнь»).

   Мы не боремся с прошлым искусством не потому, что считаем его нужным, а просто потому, что у нас нет времени сражаться с ветряными мельницами.

   Нашей главной базой является утверждение, что единственным материалом поэзии является образ, причем образ вовсе не должен быть похож. Образ «звёзды — крупа» гораздо хуже образа «гонококки звезд», потому что похожесть в образе, как и в портрете, это недостаток.

   Мы реалисты и забываем благородно о романтике, мистике, духовности.

   До нас образов в стихе бывал 4, 5, редко 10. Мы требуем, чтоб образов было столько, сколько строк, т.е. 100% образов.

   Мы требуем полного разделения искусства (дифференциации). Поэтому мы выкидываем из поэзии звучность (музыка), описание (живопись), прекрасные и точные мысли (логика), душевные переживания (психология) и т.д.

   Нас еще немного.

Нас, поэтов-имажинистов, подписавших первую декларацию имажинизма, было четверо: я — Вадим Шершеневич, Сергей Есенин, Анатолий Мариенгоф, Рюрик Ивнев. Ивнев уже погиб (жертва государственного приличия). Его место с лихвою занято: Александром Кусиковым, Николаем Эрдманом, Иваном Старцевым, Сергеем Спасским. Около нас Лев Моносзон и Сергей Третьяков.

Под наши знамена — анархического имажинизма — мы зовем всю молодежь, сильную и бодрую. К нам, к нам, к нам.

  

 

 

Сентябрь 18, 2012

Вздыхая…

Filed under: Uncategorized — Метки: , — Записки старушки Мадикен @ 10:44

Кафе «Стойло Пегаса» оказалось настоящими Авгиевыми конюшнями…

Сентябрь 12, 2012

Гостиница для путешествующих в прекрасном

Filed under: Uncategorized — Метки: , — Записки старушки Мадикен @ 20:06

Сегодня держала в руках последний номер «Гостиницы для путешествующих в прекрасном». Редактор: коллегия имажинистов. Прекрасная бумага, почти картон, фотографии — портреты Мариенгофа, Шершеневича, Ивнева, Грузинова. Тексты — фантастика, я смеялась остротам, улыбалась шуткам, радовалась таланту — газета журнал достоин переиздания, честное слово. Шпильки и похвалы Маяковскому, похвалы друг другу, камни в огород Пастернаку. Шикарные литературоведческие статьи. Стихи. Рецензии. Блаженные шуты на обломках свободы. Если это последний номер журнала, который ругали в мемуарах, как остатки былой роскоши, что же там в первых трех. Я предвкушаю удовольствие, они тоже есть в наличии.
Так и быть, поделюсь цитатами:

Из раздела «Своевременные размышления» Мариенгофа и Шершеневича:

3. О дяде Михее в трех лицах
Над стихами читатель должен или рыдать или хохотать или хвататься за браунинг Гум’анитарные упражнения Лефа, трест по эксплоатации быта в «Круге», бедные дарованиями ученики Демьяна, — вызывают только надгробные возрыдания над их судьбой, смех над поэтограмотой.

6. P.P.S. Маяковскому в случае ухудшения поэтических отношений с Гумом и Моссельпромом обеспечен заработок у нас.

Из статьи «Конь» анализ образа» И.Грузинова:

В статье прослеживается образ Коня от «Слова о полку Игореве» до имажинистов. В середине статьи упоминается Блок:

Говоря о Блоке, я не точен; но не хочется исправлять сказанное: Блок меня не вдохновляет: ни колесница, ни конница его, ни демобилизованная пехота; тем более, что последняя под командой ксендзоподобного Исуса.

Статья «Маски имажинизма» Бориса Глубоковского — это прямо для Хуттенена: «Я полагаю, что взгляд поэта, его рубаха или галстук так же значительны, как и его стихи». Тут и Маяковский бы порадовался. Его, правда, Лиля Брик несколько причесала, но образ Маяковского — это марка похлеще Моссельпрома. (хотя он и не имажинист)

Обзор антологии Союза поэтов:

Подающий надежды Тихонов к сожалению начал писать под Пастернака: это так заметно по его последним стихам. Пастенак, как Плюшкин, хватает всякий хлам и тащит к себе, в стихи. Вот почему всякий поэт, и в особенности начинающий, в особенности из тех, кому нечего сказать от своего полного безразличия к вещам и лицам, — усваивает манеру Пастернака. Пастернак — Плюшкинская куча: трюмо, ад, оконницы, Лермонтов, попона, баллада, фортепьяно, перо; до бесконечности.

Зло? Но как талантливо!
а ведь это номер «без Есенина». Отряд не заметил потери бойца (с)…

Сентябрь 11, 2012

опять про имажинистов

Filed under: Uncategorized — Метки: , — Записки старушки Мадикен @ 10:03

Кажется, все становится на свои места. Обожаю шведов и финнов — они понимают нас лучше нас самих, у них взгляд не замутнен. Швед Янгфельд написал лучшую книгу о Маяковском, и прекрасную — о Бродском, финн Хуттенен — об имажинизме и имажинистах. Теперь я поняла, почему их «загасили». Имажинизм — это не коллективное творчество, именно поэтому они Орден, а не группа, не течение. То, что им ставилось в негатив: стихи не похожи, они сами разные, несопоставимые, они не коллектив — было их кредо, их преимущество, их позиция. У них был дух индивидуализма, а точнее (и страшнее для коммунистов) «индивидуализма в эпоху коллективизма». Они вместе, потому что они союз, Орден индивидуальностей. У них у каждого своя роль — оратор Шершеневич, денди Мариенгоф, хулиган Есенин, нежный Ивнев, черкес Кусиков. Никто никого не подминает.
И это страшно для страны, пропагандирующей коллектвизм. Имажинисты не пишут пролетарских стихов, не рекламируют мыло, они за отделение искусства от государства. Нет примеров имажинистских стихов, пропагандирующих что-либо.

Вот она разгадка.

Еще: Имажинисты — театрализованная группа, с ролями, с костюмами, с масками — по всем правилам. Это не только стихи, но и декларации, и акции. Это дружба с Якуловым, Мейерхольдом, Ревопусом. Такого неуправляемого течения не могли оставить. Это принципиально чуждое по ценностям течение, которое может выжить только в стране свободного рынка.

Обожаю финнов! Читаю и радуюсь.

И еще понравилось сравнение Мариенгофа с Бердслеем. Я согласна: черно-белое, шокирующее, возмущающее искусство. Мариенгофа стали травить сразу после Замятина и Пильняка. Он был следующий неугодный. Индивидуальности советской литературе были не нужны. Да и письмо Мариенгофа о «Циниках» со словами: «По существу же я должен сказать, что считаю “отказ от печатания” ханжеством и святошеством нового порядка. Многие политредакторы страдают этой болезнью, вредной, а может быть и губительной для советской литературы» не могло вызывать симпатии о советских литераторов, которые рукоплескали коллективизации, индустриализации и лично тов.Сталину.

Сентябрь 4, 2012

Filed under: Uncategorized — Метки: , — Записки старушки Мадикен @ 07:48

Читаю биографию Есенина из ЖЗЛ. Новая, вроде как по новым материалам и без политики. И опять те же грабли. Есенин — солнышко и ничто не затмит нам его светлый образ и вокруг пошляки и бездари. Ну ладно, с «солнышком» и «ничто не затмит» я могу согласиться. В конце концов Пушкин тоже не отличался порядочностью и имел массу пороков, которые не делают его менее гениальным поэтом и умнейшим человеком своего времени. Но почему же бездари-то вокруг. Опять Мариенгоф — самодовольный пошляк и очернитель светлого образа. Шершеневич просто клоун и так далее.Нового в биографии только Ганин и антисемитизм. Что нам разрешили, то мы и съели. Вокруг Пушкина была куча интересных, талантливых людей: Жуковский, Карамзин, Вяземский. Тогда же писал стихи Баратынский. Никто никогда не принижал достоинств современников Пушкина и поэт от этого только выиграл. Почему же, чтобы засветился Есенин надо поливать грязью его друзей? Приблудный все спер, Мариенгоф с Шершеневичем примазавшиеся бездари, Ивнев — тихоня, и опять тихоня две страницы подряд. Клюев шут и дьячок получился, Ганин — пьяница. Но ничто не затмит светлого образа. Я согласна, наизусть в то время больше знали стихи Есенина, чем Маяковского, Мандельштама и Цветаевой. Они легче запоминаются, и думать особо не надо, только прочел и они уже в голове. Но настоящая литература это как раз Маяковский, Цветаева и Мандельштам. Настоящий литературный поиск — это Шершеневич. Они были молоды и талантливы, и то, что с ними случилось — это политика. И мы не можем судить их, двадцатилетних, талантливых, ищущих, надеящихся на свободу, а потом вынужденных жить в насилии и страхе. Литература 20-х закончилась в 24-м, дальше мы знаем только то, что нам позволили.

Блог на WordPress.com.