Записки старушки Мадикен

Август 23, 2012

Слово о дохлом поэте

Filed under: Uncategorized — Метки: , , , — Записки старушки Мадикен @ 09:19

Был в истории имажинистского кафе «Стойло Пегаса» вечер, который ложкой дегтя падает в ведро всей истории имажинизма, и без того переполненного скандалами и склоками. Позднее о нем предпочли забыть участники и неохотно вспоминают современники.
Те, кто решился о нем упомянуть, называют этот вечер с эпитетом «гнусный» или — «издевательские поминки под кощунственным названием». Это был вечер «Чистосердечно о Блоке. Бордельная мистика». Этот вечер «памяти» Блока состоялся в «Стойле Пегаса» 28 августа 1921 года, вскоре после смерти поэта 7 августа. О нем сохранилось очень мало сведений, но все сходятся на том, что участники вечера выступили со «Словом о дохлом поэте». Среди участников называют Шершеневича, Мариенгофа, Боброва и Аксенова. Кто именно зачитал «Слово» достоверно неизвестно, но получилось некрасиво, более того недостойно. Владимир Пяст опубликовал после статью «Кунсткамера», возмущаясь этим вечером: «Имена участников этого паскудства я не предам печати на сей раз; достаточно знаменит за всех них Герострат, в психологии коего дал себе сладострастный труд копаться один, крепко теперь, по счастью, забытый, русский стихотворец».
Есенина среди участников вечера не было (или авторы воспоминаний решили его отмазать – такое тоже ой как возможно), более того, знакомые поэта вспоминают, что смерть Блока произвела на него тяжелое впечатление. Он узнал о случившимся в «Стойле» 9 августа (скорее всего из газет, «Жизнь искусства» как раз вышла 9 августа со статьей в память о Блоке). Есенин плакал, метался по Москве, забегая в поэтические клубы, и кричал в «Кузнице»: «Это вы, пролетарские поэты, виновны в смерти Блока!» Это вспоминает С.Куняев в книге «Сергей Есенин».
В отношениях Есенина и Блока много противоречий. Здесь и гордость от знакомства, и пренебрежительные отзывы в письмах. Тот же Куняев пишет о том, что Есенин «до конца не уставал при этом подчеркивать свое преимущество перед Блоком, и не только формальное. «Блок много говорит о родине. Но настоящего ощущения родины у него нет. Недаром он и сам признается, что в его жилах на три четверти кровь немецкая».
Но меня интересует даже не это. О вечере в память Блока есть упоминание в дневниках Евгения Шварца «Живу беспокойно» и есть ссылки на статью Вл.Пяста «Кунцкамера», которая была опубликована 18 октября 1921 года в питерской газете.
У Шварца написано: 26 сентября ««Стойло Пегаса» мало чем отличалось от ростовского «Подвала поэтов». То же эпатирование буржуа, в высшей степени для них утешительное. Та же безграничная свобода, при которой все можно и ничем не удивишь, но еще более обескураживающая. За несколько дней до нашего приезда в «Стойле Пегаса» состоялся вечер, посвященный памяти Блока, с кощунственным, и лихим, и наглым, и ничего не стоящим названием . Кафе в тот день было переполнено. Имажинисты позволяли себе все, но никто не удивлялся. Тем не менее ощущение скандала, и скандала невеселого, возле могилы, нарастало. И вдруг Тоня поднялся и прочел стихотворение «Рожденные в года глухие». Когда закончил, полная тишина воцарилась в «Стойле», и председатель, не то Кусиков, не то Мариенгоф, только и нашелся сказать что «Да-а!»»
Мариенгоф, Шершеневич, Ивнев и Ройзман – авторы очень подробных воспоминаний не пишут о вечере Блока. Но и у Мариенгофа и у Шершеневича много стихов Блока, благодарных слов в его адрес. У Шершеневича два эпиграфа из Блока, а Мариенгоф говорит о нем, как о втором поэте после Пушкина. Возможно, смерть и позднейшее признание Блока заставило всех постараться как можно глубже спрятать в памяти этот вечер. Возможно, это было простое хулиганство и жажда скандала. Имажинисты потеряли границы.
Д.А.Самсонов вспоминал, что Есенина в этот вечер в «Стойле» не было (с чего бы это вдруг?). Более того — это именно он, Самсонов, рассказал Есенину о случившемся. Разговор происходил в Лавке поэтов на Никитской, куда Самсонов зашел в сентябре 1921 года.

— Сергей Александрович? Неужели после этого вы не порвете с этой имажинисткой…?
— Обязательно порву, обязательно, — прервал он меня. — Ну, честное слово!
Но порвать сразу у Есенина как-то не получилось. Вечер, посвященный Блоку, никогда не был реальной причиной разрыва Есенина и имажинистов. 12 сентября 1921 (меньше чем через месяц после вечера) вышел Манифест за подписью Есенина и Мариенгофа, в котором в частности говорилось: «Первыми нашими врагами в отечестве являются доморощенные Верлены (Брюсов, Белый, Блок и др.)».
В ноябре 1921 года Есенин пишет Мариенгофу и Старцеву: «Америка делает нам предложение через Ригу. Вена выпускает к пасех сборник на немецком, а Берлин в лице Верфеля бьет челом нашей гениальности. Ну что, сволочи?! Сукины дети?!»
Только спустя два года после «гнусного» вечера, Есенин решает осудить поступок своих друзей. Осенью 1923 года он выступает с обвинительной речью в ЦЕКУБУ на вечере крестьянских поэтов.

— Разве можно относиться к памяти Блока без благоговения? Я, Есенин, так отношусь к ней, с благоговением.
— Мне мои товарищи были раньше дороги. Но тогда, когда они осмелились после смерти Блока объявить скандальный вечер его памяти, я с ними разошелся.
— Да, я не участвовал в этом вечере и сказал им, моим бывшим друзьям: «Стыдно!» Имажинизм ими был опозорен, мне стыдно было носить одинаковую с ними кличку, я отошел от имажинизма.
— Как можно осмелиться поднять руку на Блока, на лучшего русского поэта за последние сто лет!
(Из воспоминаний Вл.Пяста) Но так как это единственные полные воспоминания об этой речи, она не может считаться объективной, и что значат эти слова спустя два года после вечера.
Пяст – опять Пяст и опять про этот вечер. Его статья «Кунцкамера» не была статьей возмущения именно об этом вечере, это были обычные разборки «Питер-Москва». В Питере – поэты живые и как бы олицетворение Зоологического сада, а Москва – кунцкамера, где сплошное подражание и «мимикрия». О содержании статьи я узнала, когда нашла ее в архивах Ленинской библиотеки, НО сохранилось только начало статьи. При том, что вся подшивка газет от августа по ноябрь 1921 года находится в боле-менее хорошем состоянии: листы целы, все читаемо. Именно статья «Кунсткамера» оборвана. Оторвана половина столбца про «дела московских «поэтов»» и в частности про этот вечер. Я не нашла даже цитаты, которую привела выше из комментариев А.Козловского. Может быть, целый вариант статьи сохранился в Питерских архивах, все-таки газета издавалась в Питере.
Пока я для себя сделала вывод, что воспоминаниям Пяста верить нельзя, да и статьям его тоже. Сначала он дружит с Блоком, потом порывает с ним из-за «Двенадцати», из-за большевизма. В августе в «Жизни искусства» пишет, что Блок чуть ли не мертвец и никогда не верил в жизнь, а потом возмущается поведением имажинистов, но тоже просто как представителей «московских «поэтов»». Указывает в воспоминаниях о Есенине неправильную дату публикации статьи (да и Есенину в той статье досталось, судя по обрывкам). Но кто же порвал статью? Я попробую ее восстановить, может, поищу в других библиотеках. Но где взять еще воспоминаний о вечере «Чистосердечно о Блоке»…
Текст «Слова о дохлом поэте» найти невозможно…

Реклама

1 комментарий »

  1. досуг нн чат знакомств

    комментарий от tusovkaNN — Май 26, 2013 @ 12:29


RSS feed for comments on this post. TrackBack URI

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

Блог на WordPress.com.

%d такие блоггеры, как: